Вышла книга историка Владислава Малаховского "Мы и они..."

11.03.2025 Ласма Зуте-Витола, Латгальская студия Латвийского радио Вышла в свет книга историка Владислава Малаховского "Мы и они: латгальцы, прибалты и инородцы в межвоенной Латвии. Латгальские дела", в которой обобщены различные мнения о латгальцах, остальных жителях латвийских краев и инородцы, их взаимоотношениях, которые нередко переросли в разные поиски и стереотипы.

Ассоциированный профессор Резекненской академии технологий и историк Латгальского культурно-исторического музея Малаховский подчеркнул, что ему больше интересна не столько история фактов, сколько то, как конкретное событие воспринимает общество.

"Начал листать латгальские газеты. И мы все знаем, что есть чангалы и чиули, ничего нового в этом нет, но начинаю листать и вижу, что появляются разные другие темы, аспекты", - рассказал Малаховский.

Именно поэтому при просмотре латгальских и латышских печатных изданий была написана книга "Мы и они: латгальцы, прибалты и инородцы в межвоенной Латвии. Латгальские дела". Слово "балтийцы" - самое распространенное латышское обозначение Видземе, Курземе и Земгале в Латгалии, которое можно найти и в латгальской прессе до 1934 года. Автор пишет о времени в Латвии после первой мировой войны.


"Это время, когда латыши стали нацией, после почти семивековой политической власти иноземцев. Мы получили политическую власть, свою страну, мы хозяева земли, владеем законодательством, но в то же время Латгалия - край со своей более выраженной идентичностью", - рассказал Малаховский.

Во второй половине 20-х годов ХХ-го века население Латвии превысило 1,9 млн человек, и в Латгалии проживало более полумиллиона. В то время в Латвии прирост населения в основном происходил за счет Латгалии. В Латгалии в одной семье было от 8 до 12 детей, в то время как в остальной Латвии — 3-4 ребенка. В то время в Латгалии была проблема перенаселенности. Надо сказать, что в Латгалии в межвоенный период издавалось более 40 периодических изданий - газет и журналов. В книге использованы статьи из газет "Latgolas Vōrds", "Latgalits", "Latvis", "Свободная Земля" и других.

"Темы самые разные, начиная с языка, что латгальский язык недооценен. Был вопрос эмиграции, так как латгальцы выезжали в остальную Латвию, а сюда приехали из округов, потому что в Латгалии не хватало  учителей, врачей, и это вызвало вопрос: кто они такие? Кроме того, вопросы экономического содержания, конечно, конфессиональные вопросы, католики и лютеране", - рассказал Малаховский.

Как пишел в книге историк, стереотипы латгальцев в отношении балтийцев помогли образоваться и духовенству Латгалии, которое с помощью католицизма пыталось сохранить влияние над умами латгальцев, например, "чиуль-Лютер - худшее зло, хуже жида, цыгана или русского, похож на колдуна или ведьму". Как заключил Малаховский, иногда трудно или даже невозможно было отделить, насколько эти стереотипные оценки были фарсом по отношению друг к другу, а в какой степени - нет.

"Человек во все времена любит оценивать, сравнивать себя с другими, и в этом сравнении хочет выглядеть немного лучше. Да, они наши братские народы, братья по вере, но мы немного лучше! Затем следует ответ: "Погоди, погоди, мы же лучше!", - говорит Малаховский.

Такие, например, взаимоотношения латгальцев с русскими. "Русское меньшинство было одним из тех, кто латышский язык не стремился осваивать. И вот мы видим - зеленый бал. Как приходят латгальцы, сразу драка, какие-то конфликты. А латгальская пресса пишет, что все было нормально, а как приходит на зеленый бал какой-то старообрядец, то сразу драка", - рассказал Малаховский.

Как отметил Малаховский, собранные в книге материалы с некоторой самоиронией позволяют взглянуть на свой исторический опыт. По его мнению, наше прошлое в каком-то смысле объясняет и настоящее.

« вернуться назад